Тут вот по ходу в теме про Джорджа Ханну прозвучал вопрос-размышление:
«Порой складывается впечатление, что сталинисты очень стремились отделаться от пролетарского интернационализма, заменив его патриотизмом — вроде бы советским, но из-под него так и выглядывал пресловутый русский. Отсюда и репрессии в отношении совершенно искренних друзей, прибывших из-за границы. Вот на хрена? Они что же, собирались увековечить разделение на национальные государства?»
Скажем так, видение стратегических целей высоким начальством — это вопрос конечно интересный, но я полагаю, что здесь до таких высоких материй не доходило. А всё дело в банальном интересе каждого ведомства, их подразделений и в конечном итоге конкретных чиновников обеспечить свои личные и групповые интересы в конкурентной борьбе за место в иерархии. Что означает, что данному конкретному чиновнику, чтобы выглядеть в выгодном свете в глазах начальства, нужно обеспечить высокие показатели своему подразделению. То есть попросту палки рубить. И кому проще высосать из тощих мудей и пришить дело? Разумеется тем, кто по своему происхождению или положению близок к сферам, которые гипотетически позволяют заниматься некой шпионской и вредительской деятельностью. Само собой, иностранцы здесь оказываются под ударом автоматически. Само собой под ударом оказываются всякие интели с образованием выше среднего, вообще любой, кто имеет хоть грамм своих мозгов и самостоятельного мышления.
Эта машина ведь страшна тем, что террор самовоспроизводится. Реально такими процессами никто не управляет. И вполне могло сложиться и так, что и сам Сталин тоже вполне мог оказаться «врагом народа», чьё место заместила бы не менее вонючая мандовошка. Но он достаточно пронырлив был, чтобы оставаться точкой баланса интересов, на которой тянущие в разные стороны на себя одеяло силы взаимно компенсировались.
У нас сложилось волюнтаристкое представление, что кто-то своей высокопоставленной волей особо должен был давать отмашку и так же по мановению этой властной руки всё прекращалось. А нифига. Это неуправляемый процесс, цепная реакция, самовозбуждение с положительной обратной связью. Ведь пресловутые репрессии не прекращались ни на минуту. Пресловутый 37-й год — это просто пик самой оголтелой кампанейщины. Но сажали и до, и во время, и после.
В этих условиях достаточно дать толчок кампании, а дальше все будут задрав штаны стараться угодить начальству, даже если оное начальство вполне уже удовлетворено устранением тех, кто им непосредственно мешал. А дальше больше — ведь этот каток вполне успешно давил и самих задравших штаны, значит надо успеть раньше донести на кого-то, пока он не донёс на тебя.
Причём вряд ли тут возможно определить, когда обоснованные действия против всякой контры превратились в имитацию бурной деятельности по её сочинению. Такого водораздела нет в принципе.
Принято о революции говорить в возвышенных тонах, что-то вроде того что она пробудила спящее дотоле социальное творчество масс, какие-то дремавшие подспудно силы прогресса и т.п. — и это совершенно верно. Но точно так же она вознесла в может быть сперва жестковатые, но вполне удобные кресла тех, кто очень быстро сообразил, что маузер в кобуре и мандат за пазухой дают бесконечно большие преимущества перед теми, кто ни маузера, ни мандата не имеет. Можно ни секунды не сомневаться, что на любые мало-мальски ответственные посты хлынули не только убеждённые и закалённые всеми возможными способами революционеры — коих в море народном были считанные единицы, но и отъявленная каръеристская сволочь, как бывшая таковой изначально, так и осознавшая эти преимущества в процессе.
А я не раз говорил, что в нищей, с царящей разрухой стране, еле-еле сохраняющей вообще какие-то социальные институты, место с гарантированным пайком драгоценнее любых бриллиантов. И за эти места драка разворачивается почище любой буржуйской за миллионные капиталы. А это значит что желающие свести счёты с неугодными, приподняться за счёт кампанейшины, получить паёк пожирнее и прочие преференции были с самого начала, уж простите, с 7 ноября 1917 года и даже раньше. И чем больше укреплялся и устаканивался новый порядок — тем более становились привлекательны тёплые места в иерархии этого порядка.
Как известно, рыба ищет где глубже, а человек — где лучше. И если нет возможности приподняться за счёт классического капитала, то бюрократия-то была везде и всегда. Которая, как с пеной у рта доказывают, классом не является, но кровь пьёт не хуже любого буржуя. А если хуже — то прилагает все усилия, чтобы этим буржуем в конечном итоге стать. Опыт пресловутого соцлагеря это блестяще доказал практически. И не видеть этого — это прятать голову в песок. Чем в подавляющем большинстве наша так называемая левая только и занимается, что примечательно — в большинстве своём не только правоверные сталинисты, но и большинство их как бы идейных противников — тоже.
И никакой тут самый безупречный авторитет это перешибить не мог. Собственно, Ленин ещё живой был, а вокруг уже шла возня. «Дедушка старенький, больной — не надо его слушать, Ильич, иди на хуй, дай порулить». Весьма вероятно, что проживи он дольше, вполне мог стать свадебным генералом — точнее сделали бы таковым.
Что б два раза не вставать. Хотел вообще написать несколько по другому поводу этот пост, но вот к слову пришлось. А само слово изначально мыслилось про такой интересный момент, как фапание на притормаживание репрессий с приходом Берии. Причём на честном голубом глазу договариваются до формулировок вроде «прекратил репрессии». Да ни хера он не прекращал и не останавливал. Статистика прекрасно известна — дела исправно штамповались не переставая. Но да, притормозить пытались. Я так думаю, по совершенно банальной причине, но о которой тоже почему-то никогда не говорят. А именно: попросту в стране стали заканчиваться специалисты, да вообще образованные люди, которых и так было кот наплакал, а после ситуация так и вовсе стала приближаться к катастрофической. Если подумать, то даже просто в демографическом отношении все эти упражнения стоили средней руки войны по потерям. И товарищ Сталин с присными рисковал перед новой мировой войной, да и вообще перед будущим, оказаться против вражеской своры с голым хуем. Потому что усердное лизание начальственных задниц никак потребностей индустриализации и модернизации армии в квалифицированных кадрах не заменяет.
«Порой складывается впечатление, что сталинисты очень стремились отделаться от пролетарского интернационализма, заменив его патриотизмом — вроде бы советским, но из-под него так и выглядывал пресловутый русский. Отсюда и репрессии в отношении совершенно искренних друзей, прибывших из-за границы. Вот на хрена? Они что же, собирались увековечить разделение на национальные государства?»
Скажем так, видение стратегических целей высоким начальством — это вопрос конечно интересный, но я полагаю, что здесь до таких высоких материй не доходило. А всё дело в банальном интересе каждого ведомства, их подразделений и в конечном итоге конкретных чиновников обеспечить свои личные и групповые интересы в конкурентной борьбе за место в иерархии. Что означает, что данному конкретному чиновнику, чтобы выглядеть в выгодном свете в глазах начальства, нужно обеспечить высокие показатели своему подразделению. То есть попросту палки рубить. И кому проще высосать из тощих мудей и пришить дело? Разумеется тем, кто по своему происхождению или положению близок к сферам, которые гипотетически позволяют заниматься некой шпионской и вредительской деятельностью. Само собой, иностранцы здесь оказываются под ударом автоматически. Само собой под ударом оказываются всякие интели с образованием выше среднего, вообще любой, кто имеет хоть грамм своих мозгов и самостоятельного мышления.
Эта машина ведь страшна тем, что террор самовоспроизводится. Реально такими процессами никто не управляет. И вполне могло сложиться и так, что и сам Сталин тоже вполне мог оказаться «врагом народа», чьё место заместила бы не менее вонючая мандовошка. Но он достаточно пронырлив был, чтобы оставаться точкой баланса интересов, на которой тянущие в разные стороны на себя одеяло силы взаимно компенсировались.
У нас сложилось волюнтаристкое представление, что кто-то своей высокопоставленной волей особо должен был давать отмашку и так же по мановению этой властной руки всё прекращалось. А нифига. Это неуправляемый процесс, цепная реакция, самовозбуждение с положительной обратной связью. Ведь пресловутые репрессии не прекращались ни на минуту. Пресловутый 37-й год — это просто пик самой оголтелой кампанейщины. Но сажали и до, и во время, и после.
В этих условиях достаточно дать толчок кампании, а дальше все будут задрав штаны стараться угодить начальству, даже если оное начальство вполне уже удовлетворено устранением тех, кто им непосредственно мешал. А дальше больше — ведь этот каток вполне успешно давил и самих задравших штаны, значит надо успеть раньше донести на кого-то, пока он не донёс на тебя.
Причём вряд ли тут возможно определить, когда обоснованные действия против всякой контры превратились в имитацию бурной деятельности по её сочинению. Такого водораздела нет в принципе.
Принято о революции говорить в возвышенных тонах, что-то вроде того что она пробудила спящее дотоле социальное творчество масс, какие-то дремавшие подспудно силы прогресса и т.п. — и это совершенно верно. Но точно так же она вознесла в может быть сперва жестковатые, но вполне удобные кресла тех, кто очень быстро сообразил, что маузер в кобуре и мандат за пазухой дают бесконечно большие преимущества перед теми, кто ни маузера, ни мандата не имеет. Можно ни секунды не сомневаться, что на любые мало-мальски ответственные посты хлынули не только убеждённые и закалённые всеми возможными способами революционеры — коих в море народном были считанные единицы, но и отъявленная каръеристская сволочь, как бывшая таковой изначально, так и осознавшая эти преимущества в процессе.
А я не раз говорил, что в нищей, с царящей разрухой стране, еле-еле сохраняющей вообще какие-то социальные институты, место с гарантированным пайком драгоценнее любых бриллиантов. И за эти места драка разворачивается почище любой буржуйской за миллионные капиталы. А это значит что желающие свести счёты с неугодными, приподняться за счёт кампанейшины, получить паёк пожирнее и прочие преференции были с самого начала, уж простите, с 7 ноября 1917 года и даже раньше. И чем больше укреплялся и устаканивался новый порядок — тем более становились привлекательны тёплые места в иерархии этого порядка.
Как известно, рыба ищет где глубже, а человек — где лучше. И если нет возможности приподняться за счёт классического капитала, то бюрократия-то была везде и всегда. Которая, как с пеной у рта доказывают, классом не является, но кровь пьёт не хуже любого буржуя. А если хуже — то прилагает все усилия, чтобы этим буржуем в конечном итоге стать. Опыт пресловутого соцлагеря это блестяще доказал практически. И не видеть этого — это прятать голову в песок. Чем в подавляющем большинстве наша так называемая левая только и занимается, что примечательно — в большинстве своём не только правоверные сталинисты, но и большинство их как бы идейных противников — тоже.
И никакой тут самый безупречный авторитет это перешибить не мог. Собственно, Ленин ещё живой был, а вокруг уже шла возня. «Дедушка старенький, больной — не надо его слушать, Ильич, иди на хуй, дай порулить». Весьма вероятно, что проживи он дольше, вполне мог стать свадебным генералом — точнее сделали бы таковым.
Что б два раза не вставать. Хотел вообще написать несколько по другому поводу этот пост, но вот к слову пришлось. А само слово изначально мыслилось про такой интересный момент, как фапание на притормаживание репрессий с приходом Берии. Причём на честном голубом глазу договариваются до формулировок вроде «прекратил репрессии». Да ни хера он не прекращал и не останавливал. Статистика прекрасно известна — дела исправно штамповались не переставая. Но да, притормозить пытались. Я так думаю, по совершенно банальной причине, но о которой тоже почему-то никогда не говорят. А именно: попросту в стране стали заканчиваться специалисты, да вообще образованные люди, которых и так было кот наплакал, а после ситуация так и вовсе стала приближаться к катастрофической. Если подумать, то даже просто в демографическом отношении все эти упражнения стоили средней руки войны по потерям. И товарищ Сталин с присными рисковал перед новой мировой войной, да и вообще перед будущим, оказаться против вражеской своры с голым хуем. Потому что усердное лизание начальственных задниц никак потребностей индустриализации и модернизации армии в квалифицированных кадрах не заменяет.
no subject
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
А литературу по вопросу почитать не пробовали?
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
Именно. Вот и заглянули бы в неё для начала. За весь период с 1939 по середину 1953 за к/р преступления осуждено меньше людей, чем за два года 1937+1938.
Вы, вероятно, считаете, что Ваш текст — "осуждение сталинизма"? Так вот объективно он — апология ежовщины.
С уважением,
Гастрит
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
С уважением,
Гастрит
no subject
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
no subject
(no subject)
no subject
no subject
no subject
а одно другому не мешает — например Юлий Марголин ("Путешествие в страну Зе-Ка") попал в лагерь вместе со всеми беженцами из гитлеровской половины польши в советскую — с ними вообще не разбирались, скопом отправили, потом уже в лагере дела заводили. это скорее всего бюрократический террор, просто кому то так для отчета было лучше.
бундовцы и испанские коммунисты были слишком большими группами, чтобы им всем специальные условия создавать. а жить как обычные советские рабочие они не хотели, устраивали забастовки и агитацию, в итоге в обоих случаях через год переезда, начинавшегося с оркестров и банкетов отправились в лагеря (Штайнер Карл, "7000 дней в ГУЛАГе") причем с ведома высшего начальства:
"В это время в Советском Союзе отменили карточки на хлеб. Русские рабочие были счастливы. Но австрийские рабочие стали роптать, что они получают только черный хлеб и слишком мало сахара. Вожди австрийских коммунистов, работавшие в Москве, тут же выехали на заводы и попытались успокоить щутцбундовцев. Но в ответ услышали лишь угрозы.
– Вы нас обманули.
– Отпустите нас обратно в Австрию.
Вскоре они целыми группами стали обращаться в австрийское посольство в Москве с просьбой разрешить им вернуться на родину. Но в австрийском посольстве не торопились. И пока в Вене заседали по поводу того, пускать ли шутцбундовцев в Австрию, в Москве их прямо на выходе из австрийского посольства арестовывали сотрудники НКВД и отправляли, как контрреволюционеров, в лагеря. ОСО приговаривало их к десяти годам.
...
Однажды Мануильский (https://www.e-reading.pw/bookreader.php/1051910/karl-shtayner-7000-dney-v-gulage.html#n_11) попросил Сталина принять несколько тысяч бойцов-республиканцев. Сталин иногда умел быть и великодушным. Он согласился и сказал:
– Но только смотрите, чтобы с испанцами не произошло такого же свинства, как с шутцбундовцами.
Испанцы в Париже оделись на деньги Советского Союза. Затем их посадили на советский корабль. В Одессе им, как когда-то шутцбундовцам в Москве, устроили торжественную встречу. Временно их разместили в гостиницах. Несколько недель испанцы отдыхали. Потом их расселили по разным городам Украины и России. Имевшие квалификацию пошли работать на заводы и фабрики, не имевших квалификации послали учиться. По указанию ЦК испанцам платили как самым высококвалифицированным советским рабочим. Кроме того, им не обязательно было выполнять норму. Так продолжалось три месяца. Потом им сказали, что они должны выполнять такую же норму, как и русские рабочие, но испанцы не восприняли это всерьез и продолжали работать прежними темпами. В конце месяца они пошли за зарплатой и увидели, что получили лишь несколько сот рублей, которых хватило бы всего лишь на восемь дней существования. Они начали бунтовать. Когда их стали успокаивать, темпераментные испанцы разошлись еще сильнее. Чтобы избежать скандала, профсоюз из своих средств выплатил разницу. Месяц прошел спокойно.
Квалифицированные рабочие зарабатывали столько, что им хватало лишь на скромную жизнь, зато неквалифицированные получали так мало, что не могли купить даже самого необходимого. Испанцы становились все более беспокойными. Многие бросили работу и уехали в Москву, где наведались в испанскую секцию Коминтерна. Там им помогли деньгами и отправили назад, на рабочие места.
На паровозостроительном заводе в Харькове, где работало сорок испанцев, произошла настоящая забастовка. Это привело к вмешательству НКВД. И будто по условному сигналу, во всех городах начались аресты испанцев. ОСО за «контрреволюционную деятельность» приговаривало их к восьми-десяти годам лагерей."
no subject
no subject
Вообще-то именно, что другую, как количественно (вам об этом уже сказали), так и качественно (когда не сажали, а расстреливали).
Ну а прекратили - очевидно Сталин заподозрил неладное, что Ежов и его объявит врагом народа (а что? такие люди оказались врагами - значит и этот может) и сам станет главным. Вот Ежова и отодвинули, а Берия ежовцев разгромил. Правда позже и сам попал под подозрение (Мингрельское дело) - но это уже другая история со счастливым концом.
no subject
Так социалистическая законность на самом деле и есть политическая необходимость, для скорейшего построения социализма дозволены любые средства. И в этом красная идея и состоит на самом деле..
no subject
То, что ежовщина выделялась на фоне сталинщины – эти верно, но проблемы это не снимает. Было такое владение бельгийского короля Леопольда в Африке, где не сдавшим норму по сбору каучука рабам руки массово рубали. И против порядков которого искренне возмутились другие рабовладельцы, и потребовали прекратить этот треш и угар. Это совершенно верное замечание проблематику рабовладения как такового не снимает.
no subject
no subject
no subject
Видно же, что ничего не понимаете в поднимаемом вопросе.
no subject
no subject
Отчасти верно, причина коммунистических репрессий не в личности Джугашвили, хотя тот был, безусловно, преступником и негодяем. Но дело и не в том, что люди "не соответствовали уровню идеи". Сама идея просто такая. Террор в СССР был узаконен как метод управления, а традиционная, нормальная законность отброшена как якобы буржуазное лицемерие. И потому нет примеров социалистических стран, где не творилось бы то же самое, что в СССР. Пусть и варьируется степень этого, от людоедства до относительно мягких репрессий. Послесталинский СССР — это пример ненормального социалистического государства, а сталинизм — это как раз вариант соцалистической "нормальности".
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
Вы не пробовали по советам в комментах сперва всерьёз поинтересоваться репрессиями 1937-38? Ну, чтобы не помавать по-троцкистски лапками в воздухе и не нести "я так думаю, как известно".
Вот реально "поток сознания" как у вас в теге.
"попросту в стране стали заканчиваться специалисты, да вообще образованные люди, которых и так было кот наплакал, а после ситуация так и вовсе стала приближаться к катастрофической. Если подумать, то даже просто в демографическом отношении все эти упражнения стоили средней руки войны по потерям."
До слёз просто, да.
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)