![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Подобные мелочи жизни наводят на какие-то более обширные размышления, чем просто ворчание по поводу туфтовой техники и намеренной порчи товаров на стадии изготовления.
Скажем, это хороший пример цикличности потребительских трендов — ну или того, как они преломляются в рыночной логике. Ведь последние где-то 50 лет всё было заточено на раскрутку именно стеореофонического звучания. Причём оно вошло в жизнь тоже не так просто.
Хотя как таковое, в более-менее доступном виде, оно начало появляться где-то, наверное, с самого конца 40-х — начала 50-х, с появлением долгоиграющих пластинок на 33 и 45 оборотов, которые с увеличением плотности записи позволили и более-менее практичное решение для раздельной записи каналов, но долгое время реально это было весьма нишевое и опциональное решение, на любителей — подавляющая часть имевшейся на руках техники была рассчитана на монофонию, да и чисто идейно далеко не все были убеждены, что это вот реально необходимое новшество. Тем более что это требовало усложнения схем устройств при увеличении необходимого количества деталей, тот же стереоусилитель на дискретных элементах — это по сути два усилителя, который требует вдвое больше ламп или транзисторов и прочих деталей вплоть до динамиков, не говоря о необходимости согласования их между собой. Что естественно впрямую сказывалось на цене подобных аппаратов. Так же усложнялась техника звукозаписи.
Ну и звукорежиссура долгое время была весьма своеобразной — скажем, ранние вещи «Битлз» в тру-стерео слушать в наушниках весьма сложно: инструменты в одном канале, голоса в другом — вот и вся стереофония, от чего всё время ощущение, что одно ухо закладывает.
И в итоге вплоть где-то до конца 60-х всё это двигалось относительно вяло. Те же помянутые «Битлз» первоочередное внимание уделяли сведению монофонических версий альбомов, а стерео-версии — во всяком случае как гласят агиографии — сводились зачастую уже без особого их участия, и первый изначально сведённый в стерео, не предполагавший монофонической версии их альбом — по сути реально последний из записанных совместно до распада группы — «Abby Road» 1969 года.
Но рыночек додавил, потребителя убедили-таки что стерео — это круто, плашка «стерео» стала необходимым атрибутом на любой пластинке/кассете/проигрывателе как знак качества, а себестоимость решений упала уже до уровня вожделенных копеек.
Апофеозом чего стало, с моей точки зрения, появление функции «псевдостерео», более всего распространённой в телевизорах 90-х — нулевых годов. Телевидение в плане введения стерео оказалось довольно консервативным, по миру это поветрие в ТВ шло неравномерно, к тому же накопился огромный архив монофонических видеозаписей. Обычное моно стало казаться слишком сухим, пресным, немодным и его надо было «улучшить», сделать из дерьма конфетку, а заодно продать ещё одну фичу, которая хоть на сколько-то добавляла цифр к ценнику аппарата. В простейшем случае подобие стереоэффекта создавалось тем, что монофонический канал разделялся на два, один оставался как есть, а у второго инвертировали фазу.
Дальнейшее развитие этой тенденции — многоканального звука — шло уже не такими широкими шагами, заняв свою нишу в звуковом сопровождении фильмов и компьютерных игр, однако так и не став массовым явлением в музыкальной индустрии, где многоканальность используется преимущественно на стадии подготовки произведения, но итоговый результат обычно сводится в обычное стерео.
И вот, спустя столько лет, когда после многочисленных усилий вроде бы стерео стало стандартом де-факто, мы наблюдаем обратную тенденцию — как видно из моего примера, по крайней мере в сегменте нижней ценовой категории все эти стереоухищрения наоборот преднамеренно сводятся на нет, причём самым топорным образом — тупо замыкая выводы конечного усилителя. И если бы в 60-е можно было бы понять продажу монофонического прибора под видом стереофонического — такое мошенничество имело бы смысл в силу того что монофонический прибор тогда по себестоимости был бы заметно дешевле, то сейчас, получается, вещь заведомо более высоких потребительских качеств искусственно превращают в вещь с качеством заведомо более низким. При этом никаких технических и даже вменяемых экономических оснований для этого не видно, можно только предполагать, что какому-то маркетологу показалось, что обеспечив некое потребительское свойство можно улучшить позицию этого товара на рынке, а производитель отреагировал на это самым простым, примитивным даже техническим решением — которое, правда, напрочь убивает прибор как средство прослушивания музыки, но зато вполне удовлетворяет какому-то очередному лелеемому маркетинговому догмату.
И если бы просто речь шла о том, что качество несколько снижается, можно было бы и не писать ничего — в конце концов это и не ради каких-то совсем уж рафинированных изысков покупается, но дело в том что в данном случае такое решение иной раз вообще лишает прибор смысла, уничтожает его как потребительную стоимость.
Как выше было сказано, последние минимум полвека ведущим трендом была ориентация на стереозапись и подавляющая часть музыкальной продукции создавалась уже без оглядки на монофонические устройства. Вплоть до того что помянутое выше псевдостерео стало впихиваться не только в звуковой тракт телевизоров, но и стало делаться на стадии самой подготовки записи к изданию. На самом деле это делалось ещё с тех же 60-х, но тут возможны технические нюансы разведения каналов, а последние годы, особенно на волне появления массовых форматов типа CD, а затем mp3 и иже, и в то же время моды на всяческую ностальгию, стали переиздаваться многие старые вещи, переделанные в псевдостерео, причём часто — вот тем самым топорным образом, просто вращая фазу второго канала. А это приводит к интересному эффекту: у такого псевдостерео, поданного на монофоническое воспроизвдение, каналы тупо взаимно подавляют друг друга, то есть для слушателя звук пропадает, он слышит либо совсем тишину, либо — что чаще — невнятное фоновое булькание. Либо во всех промежуточных вариантах — в зависимости от сложности использованной техники псевдостерео. Но даже если это «нормальная» запись, то сделанная в расчёте на стерео, в моно она может сильно искажаться. То есть, в итоге, в любом варианте: звук или серьёзно искажён, либо вообще пропадает. То есть пользоваться такими приборами по прямому назначению становится вообще невозможно. Они если на что-то и пригодны, то видимо на тупое «утс-утс, палка-два-струна».
Короче, очередной пример того как рыночек порешал, наступая на горло собственной песне и похеривая немалыми трудами и затратами собой же отвоёванное и освоенное. То есть снова и снова демонстрируя, что пресловутая рыночная регуляция — это отсутствие всякой регуляции, абсолютно стихийные, несогласованные сиюминутные решения, которые можно сравнить с примитивными рефлексами паразитов или низших животных, вроде змей, которые бездумно реагируя на раздражитель хватают себя за хвост и жрут. Наверное даже почавкивая от удовольствия.
Скажем, это хороший пример цикличности потребительских трендов — ну или того, как они преломляются в рыночной логике. Ведь последние где-то 50 лет всё было заточено на раскрутку именно стеореофонического звучания. Причём оно вошло в жизнь тоже не так просто.
Хотя как таковое, в более-менее доступном виде, оно начало появляться где-то, наверное, с самого конца 40-х — начала 50-х, с появлением долгоиграющих пластинок на 33 и 45 оборотов, которые с увеличением плотности записи позволили и более-менее практичное решение для раздельной записи каналов, но долгое время реально это было весьма нишевое и опциональное решение, на любителей — подавляющая часть имевшейся на руках техники была рассчитана на монофонию, да и чисто идейно далеко не все были убеждены, что это вот реально необходимое новшество. Тем более что это требовало усложнения схем устройств при увеличении необходимого количества деталей, тот же стереоусилитель на дискретных элементах — это по сути два усилителя, который требует вдвое больше ламп или транзисторов и прочих деталей вплоть до динамиков, не говоря о необходимости согласования их между собой. Что естественно впрямую сказывалось на цене подобных аппаратов. Так же усложнялась техника звукозаписи.
Ну и звукорежиссура долгое время была весьма своеобразной — скажем, ранние вещи «Битлз» в тру-стерео слушать в наушниках весьма сложно: инструменты в одном канале, голоса в другом — вот и вся стереофония, от чего всё время ощущение, что одно ухо закладывает.
И в итоге вплоть где-то до конца 60-х всё это двигалось относительно вяло. Те же помянутые «Битлз» первоочередное внимание уделяли сведению монофонических версий альбомов, а стерео-версии — во всяком случае как гласят агиографии — сводились зачастую уже без особого их участия, и первый изначально сведённый в стерео, не предполагавший монофонической версии их альбом — по сути реально последний из записанных совместно до распада группы — «Abby Road» 1969 года.
Но рыночек додавил, потребителя убедили-таки что стерео — это круто, плашка «стерео» стала необходимым атрибутом на любой пластинке/кассете/проигрывателе как знак качества, а себестоимость решений упала уже до уровня вожделенных копеек.
Апофеозом чего стало, с моей точки зрения, появление функции «псевдостерео», более всего распространённой в телевизорах 90-х — нулевых годов. Телевидение в плане введения стерео оказалось довольно консервативным, по миру это поветрие в ТВ шло неравномерно, к тому же накопился огромный архив монофонических видеозаписей. Обычное моно стало казаться слишком сухим, пресным, немодным и его надо было «улучшить», сделать из дерьма конфетку, а заодно продать ещё одну фичу, которая хоть на сколько-то добавляла цифр к ценнику аппарата. В простейшем случае подобие стереоэффекта создавалось тем, что монофонический канал разделялся на два, один оставался как есть, а у второго инвертировали фазу.
Дальнейшее развитие этой тенденции — многоканального звука — шло уже не такими широкими шагами, заняв свою нишу в звуковом сопровождении фильмов и компьютерных игр, однако так и не став массовым явлением в музыкальной индустрии, где многоканальность используется преимущественно на стадии подготовки произведения, но итоговый результат обычно сводится в обычное стерео.
И вот, спустя столько лет, когда после многочисленных усилий вроде бы стерео стало стандартом де-факто, мы наблюдаем обратную тенденцию — как видно из моего примера, по крайней мере в сегменте нижней ценовой категории все эти стереоухищрения наоборот преднамеренно сводятся на нет, причём самым топорным образом — тупо замыкая выводы конечного усилителя. И если бы в 60-е можно было бы понять продажу монофонического прибора под видом стереофонического — такое мошенничество имело бы смысл в силу того что монофонический прибор тогда по себестоимости был бы заметно дешевле, то сейчас, получается, вещь заведомо более высоких потребительских качеств искусственно превращают в вещь с качеством заведомо более низким. При этом никаких технических и даже вменяемых экономических оснований для этого не видно, можно только предполагать, что какому-то маркетологу показалось, что обеспечив некое потребительское свойство можно улучшить позицию этого товара на рынке, а производитель отреагировал на это самым простым, примитивным даже техническим решением — которое, правда, напрочь убивает прибор как средство прослушивания музыки, но зато вполне удовлетворяет какому-то очередному лелеемому маркетинговому догмату.
И если бы просто речь шла о том, что качество несколько снижается, можно было бы и не писать ничего — в конце концов это и не ради каких-то совсем уж рафинированных изысков покупается, но дело в том что в данном случае такое решение иной раз вообще лишает прибор смысла, уничтожает его как потребительную стоимость.
Как выше было сказано, последние минимум полвека ведущим трендом была ориентация на стереозапись и подавляющая часть музыкальной продукции создавалась уже без оглядки на монофонические устройства. Вплоть до того что помянутое выше псевдостерео стало впихиваться не только в звуковой тракт телевизоров, но и стало делаться на стадии самой подготовки записи к изданию. На самом деле это делалось ещё с тех же 60-х, но тут возможны технические нюансы разведения каналов, а последние годы, особенно на волне появления массовых форматов типа CD, а затем mp3 и иже, и в то же время моды на всяческую ностальгию, стали переиздаваться многие старые вещи, переделанные в псевдостерео, причём часто — вот тем самым топорным образом, просто вращая фазу второго канала. А это приводит к интересному эффекту: у такого псевдостерео, поданного на монофоническое воспроизвдение, каналы тупо взаимно подавляют друг друга, то есть для слушателя звук пропадает, он слышит либо совсем тишину, либо — что чаще — невнятное фоновое булькание. Либо во всех промежуточных вариантах — в зависимости от сложности использованной техники псевдостерео. Но даже если это «нормальная» запись, то сделанная в расчёте на стерео, в моно она может сильно искажаться. То есть, в итоге, в любом варианте: звук или серьёзно искажён, либо вообще пропадает. То есть пользоваться такими приборами по прямому назначению становится вообще невозможно. Они если на что-то и пригодны, то видимо на тупое «утс-утс, палка-два-струна».
Короче, очередной пример того как рыночек порешал, наступая на горло собственной песне и похеривая немалыми трудами и затратами собой же отвоёванное и освоенное. То есть снова и снова демонстрируя, что пресловутая рыночная регуляция — это отсутствие всякой регуляции, абсолютно стихийные, несогласованные сиюминутные решения, которые можно сравнить с примитивными рефлексами паразитов или низших животных, вроде змей, которые бездумно реагируя на раздражитель хватают себя за хвост и жрут. Наверное даже почавкивая от удовольствия.
Tags:
no subject
no subject
Наверно, специально "занижают качество" чтобы покупали за 30-50 долларов ( а кто их будет покупать, если по 5-10 звучат так же?).
no subject
no subject
Ну а если не будет ушей за 5 (рабочих)?
no subject
no subject
no subject
no subject
> отсутствие всякой регуляции, абсолютно стихийные, несогласованные сиюминутные решения,
почти что поголовное заблуждение насчёт план-рынка-стихийности.
Новая информация появляется только из шума. Потом нашумленное подвергается просеиванию отбору и то, что полезно для чего-то сохраняют, тиражируют, используют.
В том числе новые вещи и технологии или усовершенствование уже известных.
То есть осуждаемая вроде бы стихийность необходима, иначе сидеть как шимпанзе на ветках.
Другое дело - сиюминутность, стремление к краткосрочным целям. Если есть только она, когда решения связанные с достижением долгосрочных целей отвергаются, тогда и происходит блуждание в потёмках.
В то же время решение и краткосрочных задач необходимо.
В разумных сочетаниях нужны и стихийность и регуляция и стремление к [долгосрочной] цели и решение задач в т.ч. сиюминутных.
И уж совсем нехорошо - путать стихийность и сиюминутность.