Вот так и радует обретение чего-нибудь, считавшегося само собой разумеющимся, а потом вдруг куда-то запропастившегося. Ну, авось хотя бы это вернулось к вам надолго.
Это у Лукьяненко в «Звёздах — холодных игрушках» был эпизод, когда на другой планете в местном концлагере главгерой по ходу дела стал авторитетом, сценка утром у туалета:
Я выбрался из-под одеяла, оделся. Вроде бы быстро, но все остальные намного меня опередили. У дверей санитарного блока выстроилась маленькая очередь, но никто не входил.
Это что ж такое, я имею право пописать в гордом одиночестве?
– Чего ждете? – миролюбиво спросил я, подходя к кучке зэков.
– Ник, ты должен принять работу дневального, – ответил Тараи. Он уже прочно занял положение моей правой руки, посредника при разговорах. Остальные старались на меня не смотреть. Троица, попытавшаяся вчера вступиться за Клея, вообще держалась поодаль. Только светловолосый любимчик Гартера решился на ненавидящий взгляд исподлобья. А где сам низложенный пахан?
– Дневальный – Клей?
– Да, Ник.
Я молча прошел в санитарный блок.
[…]
Люди за дверью встретили мое появление одним общим вздохом.
– Свободно, – сказал я.
К двери метнулись все сразу. Даже троица клеевских шестерок. Даже бедолага Тик. Даже мой новый приятель Агард. И на всех лицах читались облегчение и благодарность.
Как легко стать хорошим!
Надо на время отнять у людей какую-нибудь примитивную, но неизбежную потребность. А потом барственным жестом вернуть.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Ну, авось хотя бы это вернулось к вам надолго.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject