![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
На днях широко известный в узких кругах владелец и кормилец кота Степана — Кагарлицкий Борис Юльевич — выпустил очередной стрим. Лично моё внимание зацепил один небольшой эпизод, в котором Кагарлицкий высказывается по поводу концепции Юрия Семёнова. Расшифровывать весь спич мне лениво, поэтому приведу просто видеоцитату:
Более всего, конечно, это наглядный пример того, что быть экспердом по всем на свете вопросам просто вредно: можно оконфузиться. Мало того что оратор — как и большинство критиков Семёнова — его работ попросту не читали или читали какие-то изложения и переложения и, может быть, какие-то отдельные статьи, но он ещё и ухитрился нахамить весьма пожилому человеку, который вообще-то в науку пошёл тогда, когда БЮ в проекте не было. Конечно, Кагарлицкий совершенно прав, когда говорит о том, что широкой популярностью концепция Семёнова не пользуется, но позволять себе пассажи вроде «… претенциозно, потому что Семёнов пытается делать вид, что он первый об этом пишет и не ссылается ни на кого» — это уже за гранью не только научной дискуссии, но и просто приличий. Ну хотя бы потому что это ложь — достаточно совершить крайне несложное действие, как то: открыть сайт «Скепсис» и найти там, например, содержание «Философии истории» — я не говорю даже прочитать её, но хотя бы содержание — и обнаружить, что там перечисляются и даются характеристики историческим концепциям аж от античности и до 20 века включительно — в том числе, например, мир-системному подходу. После чего говорить о том что-де Семёнов не знает и знать не желает ничего о предшественниках, ставит себя некой уникальной фигурой — просто глупость. Правда, не буду утверждать что я сам всего Семёнова превзошёл и биться об заклад, что он упомянул каждое учёное имя в рассматриваемых им областях знания, не стану. Однако утверждение Кагарлицким было сделано достаточно общее и при том касающееся не только отстранённо-концептуальных вопросов, но и личности заочного оппонента. Так что не грех и извиниться.
Вообще скажу, что главная заслуга Семёнова — отнюдь не теория политаризма, это один из частных вопросов. На самом деле самое у него интересное и важное — это эстафетно-стадиальное понимание исторического процесса. Которое, как на мой взгляд, достаточно изящно снимает вопрос «формации или цивилизации?», убирая ложный камень преткновения, так и некоторые противоречия самого формационного подхода. Сама же история приобретает некий целостный и закономерный вид, Марксом намеченный только вчерне, как некую генеральную идею, все нюансы которой, он сам, естественно, исследовать не мог. А то что исторический процесс не есть цепь случайностей и что это не есть некий произвольный набор как-то развивающихся локальных общественных изолятов, слабо связанных между собой — на самом деле идея далеко не очевидная массам даже сейчас. Монистическое понимание исторического процесса как целостного процесса развития единого организма человечества по сю пору толком осознаётся, как мне кажется, даже не всеми причисляющими себя к марксистам. В данном случае «единый» не значит не имеющий вообще неких внутренних обособлений и границ, однако если мы берём аналогией биологический организм, то членение на органы никак не отменяет того, что это именно внутренне связанная система, а не механическая сумма запчастей.
Что цивилизационный подход, что варанты советского догматического подхода эту целостность разрывают, хотя по сути рассматривают, говоря попросту, разные аспекты одного явления с разных сторон, однобокость чего приводит к довольно ложной картине мира. Когда-то был такой мультик: два чувака стоят около некой хрени с разных её сторон и яростно друг другу доказывают что они видят: с точки зрения одного было видно прямоугольник, с точки зрения другого — круг. В конце-концов накал дискуссии доходит до того, что они начинают яростно пинать хрень ногами и от ударов она разворачивается и перед тем, кто видел круг, появился прямоугольник, а перед оппонентом — соответственно круг. Начинаются заламывания рук и треск порванных шаблонов, и тут наконец торец хрени отваливается и из неё, держась за ушибленные места, выходит третий и кричит им: «ЦИЛИНДР!» Вот как раз концепция Семёнова — это по крайней мере попытка сказать, что «цилиндр». Или, если вспомнить древнюю притчу о слепых мудрецах, ощуповавших слона, что то что они щупают — не столбы, верёвка и что там ещё, а слон.
Ну и что касается маргинального положения семёновских идей — мне сдаётся, что дело тут не столько в качестве самой теории, сколько во внешних обстоятельствах: они неудобны. Они не вписываются в план. Неформат. Все делянки давно поделены между представителями разных школ и идеологий. Раньше вот был кондовый вариант официозного истмата — и этот мейнстрим всех устраивал. Он был удобен. Он был идеологически выдержан — поскольку старательно обтекал острые углы несоответствия текущих реалий и официоза, апологизируещего существующую на данный момент власть конкретных лиц и слоёв. А семёновский подход это благодушие, мягко говоря, не разделял. Даже не потому что как-то принуждал выразить своё отношение к этим лицам и слоям, а просто потому что их претензии на всевластие автоматически теряли легитимность при признании такового подхода. Ну или по крайней мере требовали осознания объективного положения и соответственно какого-то изменения политики. Лет сорок назад в лоб и вслух говорить об этом было всё-таки рисковано.
То же самое и с буржуазной исторической наукой — там тоже главенствует идеологический апологетический подход, при котором историческая наука точно так же угодна ровно настолько, насколько оправдывает власть имущих. И потому готовы иметь какое угодно количество сколь угодно изощрённых теорий самой разной степени бредовости и проработанности, но лишь бы они не ставили под сомнение эту власть, а ещё лучше бы выводили закономерность её обретения. Ещё один марксист — тем паче иностранец, пишущий на совершенно неинтересном им языке — им совершенно не нужен, они своих еле терпят.
А есть и третья сторона — как я понимаю, некая промежуточная прослойка между теми и этими, которая тоже выработала свою модель, свой язык и терминологию, которые пользуются определённым академическим признанием, при том находятся в рамках модной и вполне легальной фронды, позволяя тем одновременно и получать какое-то финансирование из университетских источников, но при том как бы стоять особнячком, в горделивой позе — условно говоря мир-системщики. Сюда, видимо, относится и тот же Кагарлицкий. Впрочем, я полагаю, что за бугром это тоже не совсем просто так сама по себе фронда, а исходно имело определённую политическую и финансовую поддержку тех правительств стран третьего мира, которые претендуют в рамках современного капиталистического мира на определённую самостоятельность, которые не собираются совершенно потрясать основы, но хотят иметь достойную с их точки зрения часть пирога и потому им нужна некая теория, право на этот кусок обосновывающая. Не даром среди авторов, развивающих мир-системный подход, значительный вес имеют латиноамериканские. Это тоже свой устоявшийся мирок конференций, грантов, международных поездок, присуждаемых степеней и прочих ништяков, которому чужие не нужны совершенно, тем паче такие, которые указывают на недостатки данных подходов и течений. Тем же, кто за эту музыку платит, в конце-концов надо признание права не оглядываться на американских и европейских паханов, а не разоблачение их самих.
И есть четвёртая сторона, довольно специфическая. Это часть круга постсоветских левых и тех, кто себя ими почитает. Сталинистов это само собой раздражает тем, что удаляет нимб вокруг чела фараона Иосифа, а более левых — тем что нарушает душевный комфорт и ломает устоявшийся шаблон: гораздо проще пребывать в иллюзии ушедшего золотого века и почитать советское общество как подлинно социалистическое, чем стоять перед лицом не очень приятной действительности, в которой до той подлинности было ещё очень далеко. Психологически это понятно: без опоры в прошлом тяжело смотреть в будущее. Но, однако, всё-таки надо взрослеть. А взрослому человеку должно быть понятно, что одним рывком тысячелетние тенденции не преодолеваются и несмотря на все проблемы было то, чем можно гордиться и то, что безусловно прокладывало дорогу в будущее. В конце-концов у предшественников было гораздо меньше, почти что ничего в багаже: что там считанные дни той Парижской коммуны? В общем, пора переставать быть страусами.
Вот что действительно можно было бы поставить Семёнову в упрёк — концепцию «глобальной классовой борьбы», или правильнее сказать, концепцию борьбы глобальных классов. Но этого наши ура-мраксисты даже не заметили — такие глубокие знатоки темы. А ведь в лекции в МУССе в 2016-м был даже весьма неудобный момент, когда чел из аудитории пытался всё добиться как же она соотносится с обычной классовой борьбой, а Юрий Иванович даже как бы то ли не заметил, то ли не понял вопроса и продолжал тянуть волынку про глобальные классы. Впрочем, ему простительно — дедушка старенький и действительно мог просто не врубиться, поскольку сам присел на тему и вылезать из неё сложно. Но при всём при том, это то что на мой взгляд и ошибочно, и вредно. Особенно в свете опоздавших лет на десять наивных надежд на всякие БРИКСы.
Более всего, конечно, это наглядный пример того, что быть экспердом по всем на свете вопросам просто вредно: можно оконфузиться. Мало того что оратор — как и большинство критиков Семёнова — его работ попросту не читали или читали какие-то изложения и переложения и, может быть, какие-то отдельные статьи, но он ещё и ухитрился нахамить весьма пожилому человеку, который вообще-то в науку пошёл тогда, когда БЮ в проекте не было. Конечно, Кагарлицкий совершенно прав, когда говорит о том, что широкой популярностью концепция Семёнова не пользуется, но позволять себе пассажи вроде «… претенциозно, потому что Семёнов пытается делать вид, что он первый об этом пишет и не ссылается ни на кого» — это уже за гранью не только научной дискуссии, но и просто приличий. Ну хотя бы потому что это ложь — достаточно совершить крайне несложное действие, как то: открыть сайт «Скепсис» и найти там, например, содержание «Философии истории» — я не говорю даже прочитать её, но хотя бы содержание — и обнаружить, что там перечисляются и даются характеристики историческим концепциям аж от античности и до 20 века включительно — в том числе, например, мир-системному подходу. После чего говорить о том что-де Семёнов не знает и знать не желает ничего о предшественниках, ставит себя некой уникальной фигурой — просто глупость. Правда, не буду утверждать что я сам всего Семёнова превзошёл и биться об заклад, что он упомянул каждое учёное имя в рассматриваемых им областях знания, не стану. Однако утверждение Кагарлицким было сделано достаточно общее и при том касающееся не только отстранённо-концептуальных вопросов, но и личности заочного оппонента. Так что не грех и извиниться.
Вообще скажу, что главная заслуга Семёнова — отнюдь не теория политаризма, это один из частных вопросов. На самом деле самое у него интересное и важное — это эстафетно-стадиальное понимание исторического процесса. Которое, как на мой взгляд, достаточно изящно снимает вопрос «формации или цивилизации?», убирая ложный камень преткновения, так и некоторые противоречия самого формационного подхода. Сама же история приобретает некий целостный и закономерный вид, Марксом намеченный только вчерне, как некую генеральную идею, все нюансы которой, он сам, естественно, исследовать не мог. А то что исторический процесс не есть цепь случайностей и что это не есть некий произвольный набор как-то развивающихся локальных общественных изолятов, слабо связанных между собой — на самом деле идея далеко не очевидная массам даже сейчас. Монистическое понимание исторического процесса как целостного процесса развития единого организма человечества по сю пору толком осознаётся, как мне кажется, даже не всеми причисляющими себя к марксистам. В данном случае «единый» не значит не имеющий вообще неких внутренних обособлений и границ, однако если мы берём аналогией биологический организм, то членение на органы никак не отменяет того, что это именно внутренне связанная система, а не механическая сумма запчастей.
Что цивилизационный подход, что варанты советского догматического подхода эту целостность разрывают, хотя по сути рассматривают, говоря попросту, разные аспекты одного явления с разных сторон, однобокость чего приводит к довольно ложной картине мира. Когда-то был такой мультик: два чувака стоят около некой хрени с разных её сторон и яростно друг другу доказывают что они видят: с точки зрения одного было видно прямоугольник, с точки зрения другого — круг. В конце-концов накал дискуссии доходит до того, что они начинают яростно пинать хрень ногами и от ударов она разворачивается и перед тем, кто видел круг, появился прямоугольник, а перед оппонентом — соответственно круг. Начинаются заламывания рук и треск порванных шаблонов, и тут наконец торец хрени отваливается и из неё, держась за ушибленные места, выходит третий и кричит им: «ЦИЛИНДР!» Вот как раз концепция Семёнова — это по крайней мере попытка сказать, что «цилиндр». Или, если вспомнить древнюю притчу о слепых мудрецах, ощуповавших слона, что то что они щупают — не столбы, верёвка и что там ещё, а слон.
Ну и что касается маргинального положения семёновских идей — мне сдаётся, что дело тут не столько в качестве самой теории, сколько во внешних обстоятельствах: они неудобны. Они не вписываются в план. Неформат. Все делянки давно поделены между представителями разных школ и идеологий. Раньше вот был кондовый вариант официозного истмата — и этот мейнстрим всех устраивал. Он был удобен. Он был идеологически выдержан — поскольку старательно обтекал острые углы несоответствия текущих реалий и официоза, апологизируещего существующую на данный момент власть конкретных лиц и слоёв. А семёновский подход это благодушие, мягко говоря, не разделял. Даже не потому что как-то принуждал выразить своё отношение к этим лицам и слоям, а просто потому что их претензии на всевластие автоматически теряли легитимность при признании такового подхода. Ну или по крайней мере требовали осознания объективного положения и соответственно какого-то изменения политики. Лет сорок назад в лоб и вслух говорить об этом было всё-таки рисковано.
То же самое и с буржуазной исторической наукой — там тоже главенствует идеологический апологетический подход, при котором историческая наука точно так же угодна ровно настолько, насколько оправдывает власть имущих. И потому готовы иметь какое угодно количество сколь угодно изощрённых теорий самой разной степени бредовости и проработанности, но лишь бы они не ставили под сомнение эту власть, а ещё лучше бы выводили закономерность её обретения. Ещё один марксист — тем паче иностранец, пишущий на совершенно неинтересном им языке — им совершенно не нужен, они своих еле терпят.
А есть и третья сторона — как я понимаю, некая промежуточная прослойка между теми и этими, которая тоже выработала свою модель, свой язык и терминологию, которые пользуются определённым академическим признанием, при том находятся в рамках модной и вполне легальной фронды, позволяя тем одновременно и получать какое-то финансирование из университетских источников, но при том как бы стоять особнячком, в горделивой позе — условно говоря мир-системщики. Сюда, видимо, относится и тот же Кагарлицкий. Впрочем, я полагаю, что за бугром это тоже не совсем просто так сама по себе фронда, а исходно имело определённую политическую и финансовую поддержку тех правительств стран третьего мира, которые претендуют в рамках современного капиталистического мира на определённую самостоятельность, которые не собираются совершенно потрясать основы, но хотят иметь достойную с их точки зрения часть пирога и потому им нужна некая теория, право на этот кусок обосновывающая. Не даром среди авторов, развивающих мир-системный подход, значительный вес имеют латиноамериканские. Это тоже свой устоявшийся мирок конференций, грантов, международных поездок, присуждаемых степеней и прочих ништяков, которому чужие не нужны совершенно, тем паче такие, которые указывают на недостатки данных подходов и течений. Тем же, кто за эту музыку платит, в конце-концов надо признание права не оглядываться на американских и европейских паханов, а не разоблачение их самих.
И есть четвёртая сторона, довольно специфическая. Это часть круга постсоветских левых и тех, кто себя ими почитает. Сталинистов это само собой раздражает тем, что удаляет нимб вокруг чела фараона Иосифа, а более левых — тем что нарушает душевный комфорт и ломает устоявшийся шаблон: гораздо проще пребывать в иллюзии ушедшего золотого века и почитать советское общество как подлинно социалистическое, чем стоять перед лицом не очень приятной действительности, в которой до той подлинности было ещё очень далеко. Психологически это понятно: без опоры в прошлом тяжело смотреть в будущее. Но, однако, всё-таки надо взрослеть. А взрослому человеку должно быть понятно, что одним рывком тысячелетние тенденции не преодолеваются и несмотря на все проблемы было то, чем можно гордиться и то, что безусловно прокладывало дорогу в будущее. В конце-концов у предшественников было гораздо меньше, почти что ничего в багаже: что там считанные дни той Парижской коммуны? В общем, пора переставать быть страусами.
Вот что действительно можно было бы поставить Семёнову в упрёк — концепцию «глобальной классовой борьбы», или правильнее сказать, концепцию борьбы глобальных классов. Но этого наши ура-мраксисты даже не заметили — такие глубокие знатоки темы. А ведь в лекции в МУССе в 2016-м был даже весьма неудобный момент, когда чел из аудитории пытался всё добиться как же она соотносится с обычной классовой борьбой, а Юрий Иванович даже как бы то ли не заметил, то ли не понял вопроса и продолжал тянуть волынку про глобальные классы. Впрочем, ему простительно — дедушка старенький и действительно мог просто не врубиться, поскольку сам присел на тему и вылезать из неё сложно. Но при всём при том, это то что на мой взгляд и ошибочно, и вредно. Особенно в свете опоздавших лет на десять наивных надежд на всякие БРИКСы.
no subject
Причем, это касается не только, и не столько советского периода - сколько темы о пресловутой АСП.
no subject
Что касаемо АСП, было, не было — ну покажи, что в эпоху строительства пирамид в Египте был античный способ производства. Увы и ах — по современным представлениям, тогда там рабовладение не играло такой роли, как в более поздние эпохи. Там, допустим, было какое-то количество военнопленных, но претендовать на основу экономику они не могут при всём желании натянуть сову на глобус. И это не говоря о том, что даже денег попросту ещё не было, а только зачатки довольно примитивной меновой торговли. Более того — не было толком возможности накопления, потому что всё что тогда могло выступать в качестве такового — в первую очередь продукты питания, имело ограниченный срок годности. То есть как ни выёживайся — тот строй довольно сильно отличался от некоего канонического греческого или римского образца и к таковому приближается только г де-то в осевую эпоху. А если нет — о чём мы говорим? Значит как минимум на ранних стадиях классовое общество имело несколько иную экономическую основу, чем классическое античное. И так куда ни плюнь по всему востоку — государство нарастают вокруг крестьян, которые строятся ради ирригационных и т.п. работ. Там ещё попросту нет возможностей для развития «нормальной» индивидуальной частной собственности — не с чего. Пока только ищутся подходы к ней. Но главный шаг сделан — одна толпа нагибается толпой поменьше.
no subject
И да - если бы подобная система была возможной, то следовало бы или повесится. Или ждать прилета инопланетян - как в "Часе быка", поскольку выйти самостоятельно из данной ситуации невозможно. Впрочем, реальность показывает нам, что все обстоит совершенно иначе - как, наверное, говорить не надо. И вместо Торманса нам предстоит другой мир - довольно жуткий, но с четко видимым выходом. И возможен этот выход только потому, что наши враги неминуемо схлестнуться друг с другом - как, впрочем, было и в "прошлый раз".
no subject
Два — экстраполировать наши представления на древних людей, у которых как таковой уровень индивидуализации сознания отличался от нашего весьма сильно — это уже само по себе ошибочно.
И три: в концепции глобальных классов не говорится ни о какой сознательной координации и т.п. конспирологического бреда. То что у Семёнова — это примерно близко идее о подкупе рабочего класса, о том что там и трудящимся перепадает с барского стола и то что таким образом вольно или невольно всё население центра становится соучастником глобальной эксплуатации — причём, я бы не сказал, что это какой-то центральный и главный момент, а центр тяжести классовой борьбы переходит, скажем так, с боёв местного масштаба на глобальное противостояние глобального же центра с глобальной периферией. То есть сепарация происходит объективно. При этом там и близко не говорится ни о каком общем владении жителями золотого миллиарда собственностью — бабло и барахло остаётся у капиталистов. Если его почитать, то там более всего обычной антиимпериалистической риторики. Единственно что он переоценил, мне так думается, эти сепарационные тенденции. А заодно Путина, все эти БРИКСы-шмиксы. Ты вот пишешь, что происходит оформление новых империалистических центров и по сути начинается новая грызня между новыми претендентами и старыми хищниками — и я с этим согласен. То есть он принял этот процесс за какое-то сплочение центра с одной стороны и периферии с другой. Подобного рода взгляды были модны лет так десять-двенадцать назад. Тут он опоздал совершенно. Но проблема его не в этом, а вот в том нюансе — действительно, сложно не согласиться, что т.н. развитые страны расматривают окружающий мир как кормовую базу и жителям таковой «метрополии» действительно перепадают какие-то ништяки. И тогда вопрос как к ним должны относиться трудящиеся стран периферии. А так же — как они должны относиться к своим правительствам в свете оной «глобальной классовой борьбы»? Не вытекает ли, что тогда надо — тактически — сплотиться вкруг родного флага? А вот это уже чревато предательской позицией, подобной позиции западных социал-демократов в первую мировую. Вот об этом вреде я пишу.
Так что скажи проще: ты тоже не читал Семёнова, в лучшем случае пробежал пару страниц по диагонали. Меня вот удивляет: с чем тогда и кто спорит, если никто ни хрена не читал, но мнение имеет?
no subject
Хотя, если брать в общем, он вполне верно указывает на Китай как центр противостоящей силы. И от того что гегемония США оказывается ныне под вопросом, который более всего вопрос времени, а западный мир врядли можно рассматривать как единый, то если смотреть с точки зрения периферии, то и оформление нескольких враждующих лагерей ей точно так же не обещает ничего хорошего: ведь в конечном итоге враждующие лагеря сцепятся за её, периферии, ресурсы. При том, вполне очевидно, что организующие центры этих лагерей постараются подписать на дело всех кого смогут и постараются драться кулаками периферии же. Таким образом, если его взгляды в отношении буквального противостояния центра и периферии, скажем так, устарели и не совсем верны, то в метафорическом смысле оно таковым остаётся и даже обостряется — в конечном итоге борьба крупнейших направлена за властвование над всеми остальными и таким образом противостоит им.
no subject
no subject
no subject
no subject
А вот всякие семеновские политаризмы - это перебор.
no subject
no subject
Технически эту мысль оформил еще Ленин когда написал о неравномерности развития наций и сделал на этом основании, что Россия вполне доросла до социалистической революции.
no subject
А Ленину что собственно оставалось делать? С классической буржуазной революцией очевидно не срослось, а сдавать назад тоже некуда. Остаётся только пытаться только вперёд. Но даже если — это само по себе не гарантирует результата. И так выше головы прыгнули. Насколько я понимаю, он пытался подвести какую-то теоретическую базу исходя из текущей обстановки. Но что бы он писал, проживи лет на 20 дольше — это большой вопрос.
no subject
Однако я не акцентировал внимание на выводах Ленина, а упомянул их в качестве примера. А вот то что смена формаций происходит не примитивно-прямолинейно, а скорее как движение фронта при наступлении (где-то прорывы далеко вперед, а где-то топтание на месте или даже откат) это прекрасно видели и Маркс и Ленин. Вот у Маркса есть фрагмент (кажется в последнее главе первого тома "Капитала"), где он указывает, что если перевести капиталистическое производство в страну с общественными отношениями предыдущей формации, то даже если привести все средства производства и даже завести свою рабсилу, то все равно организовать такое производство очень трудно и в некоторых случаях даже невозможно.
no subject
no subject
no subject
Но это так всё, к слову.
А само слово я сказал: «способен ли её результат сохранять социалистический характер и при каких условиях?» И, то что я говорил не раз в разных вариациях: политаризмов никаких нет, и классов никаких нет, и всё серпом и молотом осиянно, но почему-то в определённых условиях оказывается, что некоторые товарищи равнее прочих. И именно они решают что и как делать при помощи средств производства и как распределять полученный при их помощи продукт. А остальные товарищи, этой ситуацией неудовлетворённые, на первых в конце концов плюют. И можно хоть на говно изойти доказывая, что это не классовый антагонизм — проблеме от этой схоластики ни холодно, ни жарко.
no subject
Что касается вашего вопроса то ответ на него пост: общественный организм способен приобрести и "сохранять социалистический характер" только тогда когда в этом организме есть нечто, что регулярно осуществляет коррекцию молотом и серпом по яйцам тем некоторым товарищам, которые почему-то в определённых условиях оказываются равнее прочих. А вот чтоб разобраться с этим нечто надо включить мозги по полной. И в этом деле самое худшее это критикуя старых кумиров создавать себе новых, которые всплыли в мейнстриме современного пересмотра "старых догм". Как минимум необходимо ко всем проявлять равный уровень критичности.
no subject
так что семенов не реформист, а мыслитель сделавший удачную попытку переосмыслить марксово понятие АСП одним из объектов объема этого определения вероятно есть ссср
вопрос, верно ли что маркс при изобретении понятия АСП тупо использовал дихотомию - неантичность нефеодализм некапитализм?
no subject
Энгельс тоже реформист?
вместе с этим успешным использованием всеобщего избирательного права стал применяться совершенно новый способ борьбы пролетариата, и он быстро получил дальнейшее развитие. Нашли, что государственные учреждения, при помощи которых буржуазия организует своё господство, открывают и другие возможности для борьбы рабочего класса против этих самых учреждений. Рабочие стали принимать участие в выборах в ландтаги отдельных государств, в муниципалитеты, промысловые суды, стали оспаривать у буржуазии каждую выборную должность, если при замещении её в голосовании участвовало достаточное количество рабочих голосов. И вышло так, что буржуазия и правительство стали гораздо больше бояться легальной деятельности рабочей партии, чем нелегальной, успехов на выборах, — чем успехов восстания.
Ибо и здесь условия борьбы существенно изменились. Восстание старого типа, уличная борьба с баррикадами, которая до 1848 г. повсюду в конечном счёте решала дело, в значительной степени устарела."//http://www.esperanto.mv.ru/Marksismo/Klass/klass-00.html
Это написано в 1895 году. А в ЖЖ постоянно идут терки про благодетельность событий 100-летней давности хотя очевидно, что и тогдашние подходы более чем устарели.
Энгельс готов был написать: "история показала, что мы были неправы", почему же современные публицисты из кожи вон лезут, доказывая, что советский революционный опыт совершенно правильный?
Правильным бы он был, если бы всемирный коммунизм наступил в обещанном Лениным и Энгельсом 1940 году. А так это лишь первый опыт, некая примерочная попытка, что и написал где-то Анлазз.
В этой связи не совсем понятно, почему концепция Семенова вызывает (у Анлазза) отторжение как прямо-таки буржуазная пропаганда.
Re: Энгельс тоже реформист?
Ну и кроме того мы знаем то, чего Энгельс узнать не успел — легальная социал-демократия слилась и скурвилась в ПМВ. Так что в любом случае «дополнение к», но не замена.
Re: Энгельс тоже реформист?
Революции в 19 веке понимались как бои в течение нескольких недель, а отнюдь не лет и не десятилетий.
Энгельс и говорит: мы одно время свято верили, что можно быстро взять власть вооруженным мятежом, но потом увидели насколько нестойки такие повстанцы. А вот зато легальная борьба оказывается очень перспективной: партия набирает голоса, представители пролетариата входят в правительства земель, тем самым баррикадная война может и не понадобиться или понадобится как последний толчок.
Как пресловутая повивальная бабка приходит в последний день перед родами, а не пинает роженицу месяцами: "рожай уже, тварь!"))
//мы знаем то, чего Энгельс узнать не успел — легальная социал-демократия слилась и скурвилась в ПМВ//
Не, мы это не знаем. Мы знаем, что такова трактовка Ленина (возможно Либкнехта и Люксембург), но, скажем, отнюдь не Плеханова (Каутского, Бернштейна).
Из слов Энгельса также можно понять, что права рабочих весьма неплохо защищаются в ходе парламентской деятельности, так что по сути они многого добиваются именно путем реформизма.
Так что реформизм полезен на высокой стадии развития капитализма пишет Энгельс, а на низкой стадии ничего хорошего не выйдет - так он интерпретирует неуспехи во Франции в 1848 и даже 1871.
И тут Семенов с политаризмом примерно так же трактует успехи ВОСР: мол, кое-что удалось, но социализм ли как первая стадия коммунизма? Что-то сомнительно в силу неразвитости производительных сил. По-моему, сложно с ним не согласиться)).